Никакой цензуры не было

Антон Желнов

Ирина Лебедева, заместитель генерального директора Третьяковской галереи по научной работе

Те самые целующиеся милиционеры ("Эра милосердия") Фото: Алексей Куденко/Коммерсант

По словам генерального директора Третьяковки Валентина Родионова, конфликт вокруг "Синих носов" произошел потому, что куратор выставки Андрей Ерофеев самовольно включил некоторые работы в парижскую экспозицию. Если это вопрос внутренней субординации, зачем министр культуры Александр Соколов вмешался в конфликт?

Я не могу говорить за Соколова, это не моя компетенция. Но у меня такое ощущение, что он получил очень неточную и не совсем корректную информацию, которую ему подали под определенным углом. Я думаю, если бы Александр Сергеевич более точно разобрался в ситуации и понял, что это действительно конфликт музея и куратора, наверное, таких высказываний не последовало бы.

Так суть конфликта в самоуправстве Ерофеева?

Отчасти да. Ведь те 17 работ, которые не поехали в Париж, были сняты с выставки еще до заявления министра, что существенно меняет дело. Это был просто рабочий момент. Некоторые из этих работ Ерофеев действительно не согласовал с нами, а на некоторые наше внимание обратило Федеральное агентство по культуре и кинематографии. Мы пересмотрели наше отношение к ним и сняли совершенно безболезненно.

Значит, факт цензуры все же был, но не со стороны Минкульта, а со стороны Федерального агентства?

Я бы не называла это цензурой. Агентство - наш вышестоящий орган, мы у них оформляем все документы. Поскольку выставка делалась в невероятно сжатые сроки, в этой ситуации мы что-то пропустили, не заметили, и когда они (Федеральное агентство. - "РР") стали смотреть пакет документов, то обратили внимание на некоторые картины и сказали об этом нам.

И что это были за работы?

Мы не додумали, что все, что связано с изображением нацистской символики, нельзя везти за границу и представлять это от лица музея. Мы просто не сообразили, это наша вина, наш прокол. Кстати, журналисты неправильно написали о том, что раньше эти скандальные работы демонстрировались в рамках Московской биеннале. Их там не было. Была только одна - "Целующиеся милиционеры". Картина действительно висела у нас на Крымском Валу. Но тогда она выставлялась среди це­­лой серии изображений поцелуев членов партии и правительства 70−х годов. Вне этого контекста работа просто теряет смысл.

Как французские партнеры отреагировали на все произошедшее?

Если бы это был музей, они бы все быстрее поняли. Но поскольку это частный парижский фонд, то, естественно, они огорчились, и этот скандал вызвал у них сожаление.

Keywords: