Метод тыка устарел

Редакционная статья

Иллюстрация: Юлия Кравченко

Очереди за продуктами, пустые прилавки в булочных и объявления "Хлеба нет" - в начале осени тень прошлого возникла над казахстанскими городами и селами. Наш народ генетически готов к любому кризису и стелет соломку, закупая впрок мыло, спички и соль. Ожидание дальнейшего роста цен на муку и подсолнечное масло вызвало ажиотажный спрос на эти продукты среди населения, вследствие чего их стоимость выросла еще больше. Так совпало, что именно к этому времени подсуетились и поставщики коммунальных услуг и электроэнергии, подняв цены на свою продукцию. Плюс произошел традиционный осенний скачок цен на ГСМ. За счет мультипликативного эффекта вверх пошли почти все потребительские цены. Что же тут удивляться заоблачным цифрам инфляции, возвращающим нас в 1999 год? Именно тогда последний раз был зарегистрирован ее уровень, адекватный годовой инфляции по итогам ноября, достигшей 17,5%.

За годы относительного благоденствия власти и общество расслабились. Правительство, независимо от того, кто его возглавлял, так часто повторяло, что у нас все хорошо, экономика растет, а по уровню ВВП мы обгоняем все остальные страны СНГ, что само в это поверило. На самом деле своими успехами и повышением уровня жизни мы в основном обязаны росту мировых цен на нефть, газ и металлы. Рост зарплаты не сопровождается ростом производительности труда. Хотя часто приходится слышать, что в постиндустриальном обществе не стоит ориентироваться на этот показатель, возникает естественный вопрос: можно ли Казахстан к таковым отнести? Экономика и ВВП растут у нас за счет сырьевого и финансового секторов, а также торговли и строительства (впрочем, последнее, кажется, впало в кому). Доля продукции конечного передела в экономике ничтожно мала. У нас действует масса программ, направленных на развитие отечественного товарного производства, но их результатов в виде готовой продукции на внутреннем рынке мы не видим. О бурном развитии информационных технологий и сектора услуг говорить даже неловко. Неудовлетворенный спрос, как учат нас рыночники, способствует росту цен.

И тут мы вновь возвращаемся к тому, с чего начали: росту цен на хлеб. Потребители еще не успели оправиться от ценового шока, а наши власти уже высказали, что Казахстан намерен войти в пятерку ведущих мировых экспортеров зерна, увеличив экспортный потенциал на 50-60%. Из рекордного урожая этого года, а собрали мы 22 млн тонн зерна в бункерном весе, планируется продать за граница 10 млн тонн. Рост мировых цен на зерно привел к тому, что его стало выгоднее вывозить. Конечно, это не значит, что все зерно экспортируют, однако эти планы заставляют насторожиться. Практика последних лет показывает, что положительная конъюнктура на казахстанские экспортные сырьевые товары на мировых рынках обычно негативно отражается на рынке внутреннем. Как только выросли цены на нефть, у нас подорожал бензин. Рост экспорта зерна вряд ли приведет к повторному опустошению прилавков, но снизить предложение на внутреннем рынке способен. Значит, цены будут расти опережающими темпами. И правительство сможет убедиться в том, что местные власти бессильны остановить этот процесс.

Народ знает: если в стране много того, чего в мире мало, жди повышения цен. К сожалению, наши аналитики из правительственных структур, очевидно, не обладают народной сметкой, иначе рост цен, а значит, и инфляции увидели бы еще летом этого года. А то даже как-то неловко за правительство: ведь оно до последнего настаивало на том, что уровень инфляции не выйдет из коридора 5-7%.

Keywords: